#НОРИЛЬСК. «Северный город» — участники «Медиашколы» к выходу фильма про Пушкина поразмышляли, какими героями его произведений они могли бы быть.
Определённо, интерес наших сограждан к творчеству главного поэта России в очередной раз всколыхнётся 14 февраля, когда выйдет в свет фильм Феликса Умарова «Пророк. История Александра Пушкина» с Юрой Борисовым в роли гения. О нём явно будут спорить до драки, хвалить, ругать; может быть, порываться запретить, но посмотрят его, скорее всего, буквально все. Как «Чебурашку». Как «Иронию судьбы» каждый Новый год. Потому что кудрявый классик такой же родной и близкий каждому из нас, как Женя Лукашин или ушастый друг Крокодила Гены. В каждом русском человеке есть немного от Жени Лукашина, немного от Чебурашки и… немного от Пушкина, даже если зарифмовать мы в состоянии только «ботинки — полуботинки». Все эти трое — ребята из соседнего двора, из соседнего подъезда, родные, понятные; каждый из нас хоть раз оказывался в их шкуре — страдал от одиночества, напивался, мучился от любви и ревности, конфликтовал с начальством… Они свои в доску. Не любить эту троицу просто невозможно, поэтому мы так ждём показа картин про них!
Ну а наши юные корреспонденты, студенты Медиашколы в Заполярье, накануне выхода фильма поразмышляли о том, кем бы они были, если бы являлись персонажами книг Александра Сергеевича Пушкина…
Алиса Давыдова, Норильск
Татьяна Ларина, «Евгений Онегин»
Я — Татьяна Ларина, порывистая и чувственная, нежная и романтичная. Когда эмоции овладевают мной, они наполняют мою душу до краёв, заставляя сердце биться быстрее. Близкие говорят: «Она в семье своей родной, казалась девочкой чужой» – спокойной и холодной.
Я погружена в свои мысли, полна мечтаний. Читая романы, я теряюсь в их мире, готова прожить жизнь героев, испытывая каждую их радость и горечь.
Идеализируя людей, я часто создаю вымышленные образы, в которых нахожу утешение. Моё доверие к другим глубоко, как океан, и я верю в силу человеческих связей, даже если они порой бывают хрупкими.
Александр Цимоха, Дудинка
Кот учёный, «Руслан и Людмила»
Мне больше всего подходит образ Кота учёного. У него не жизнь, а буквально сказка. Апартаменты в дубе зелёном у самого Лукоморья! Люди приходят за советом, мудрым словом и просто послушать разное интересное, чем богаты мой разум и память. Я ведь энциклопедист. Многие удивляются тому количеству знаний, которыми я владею. Ну так надо просто учиться и читать книги! А я только рад помочь и передать другим те полезные сведения, за которыми они с уважением и пришли ко мне. Какая же это чудесная работа — просто беседовать с умными и любознательными людьми! В этом есть что-то «сократовское»…
А свободное время я провожу в спокойствии, размышляя о чём-то вечном и непознанном.
Анастасия Сафронова, Дудинка
Татьяна Ларина, «Евгений Онегин»
Татьяна Ларина кажется мне весьма интересной особой; я, наверное, ассоциирую себя с ней. В произведении она описывается как холодная, задумчивая, странная, неласковая, в то же время боязливая. Кажется, я могу её понять. Мне бы странной она не показалась.
Я нахожу много общих характерных черт: замкнутость, скромность, искренность, чуткость, погруженность в свой мир… Это и про меня.
В начале романа она мечтательная, замкнутая, даже немного нелюдимая, зато нежная, искренняя. Любит «посидеть у окна» в одиночестве и, по всей видимости, предпочитает винтажный стиль. Вместе с тем она смелая — не побоялась первой признаться в любви. Я отлично её понимаю, мне близка её философия…
Но как же меня поразила её метаморфоза из нежной, боязливой и скромной натуры в величественную светскую львицу, неприступную и хладнокровную! Эта перемена очень впечатляет меня! И вот такая она нравится Онегину, он влюбляется в «новую» Татьяну, оказывается у её ног!
Она так выросла! А вот мне до неё пока далековато. Я бы стремилась в будущем совершить такой же «метаморфосис» в личностном росте. Надеюсь, у меня получится.
Кирилл Гладилин, Норильск
Королевич Елисей, «Сказка о мёртвой царевне и семи богатырях»
Образ королевича Елисея очаровывает меня своей беззаветной любовью, сильной волей и стремлением спасти невесту, когда она, кажется, безвозвратно потеряна. Я чувствую в себе его качества и надеюсь, что смогу повести себя так же, проявить такую же смелость и решимость в стремлении вернуть свою любимую, если вдруг придётся…
Нужно защищать тех, кого ты любишь. Бороться за свою любовь. Я тоже стремлюсь быть защитником своих близких и готов противостоять злым силам, если они встанут на моем пути. Я чувствую ответственность за тех, кто мне дорог, и готов идти на риск ради их жизни и благополучия. Надеюсь, мне хватит сил и смелости проявить упорство и не отступить. И не поддаться унынию, даже услышав страшные вести. Может, это и есть самое трудное…
Светлана Ильюх, Норильск
Ленский, «Евгений Онегин»
Из всех героев Александра Сергеевича наиболее привлекательным и похожим на меня является Владимир Ленский. Вряд ли кто-нибудь является бОльшим романтиком, чем юный поэт. В этом, как и в любви к писательству, мы с ним схожи. Образ миловидного юноши с «всегда восторженною речью» и «кудрями чёрными до плеч» в моей голове сливается с моим собственным, ведь никто не запретит мне визуализировать героев Пушкина по моему образу и подобию! Ленский так воодушевлён жизнью и горит любовью, как способны лишь немногие в наше время. Всё-таки, куда чаще сейчас встречаются мрачные пессимисты, чем пылкие мечтатели. Такая редкая, и, на мой взгляд, драгоценная черта Владимира сближает меня с ним ещё больше. Романтичный Ленский, оставшийся навечно юным и запомнившийся всем как человек, способный отдать всего себя любви, на мой взгляд, не может вызывать негативных эмоций. Кто не плакал над сражённым на дуэли поэтом, у того нет сердца!
Олег Овчинников, Норильск
Ленский, «Евгений Онегин»
Мне кажется, в произведениях Пушкина я был бы Ленским. Он близок мне. По своей натуре я такой же добрый, мечтательный, эмоциональный, отчасти категоричный и наивный. Я так же, как и он, тянусь к новым знаниям и хотел бы побывать в Германии. У меня много надежд на будущее.
Единственное: мне, конечно, совершенно не нравится ранняя смерть этого персонажа в произведении. Пушкин несправедлив к Ленскому! Мне искренне жаль Владимира, да и вообще кажется, что единственная его задача в романе — раскрытие черт Онегина. Таких людей в жизни много, именно на их фоне раскрываются сильные и успешные личности. И мне кажется, что в этом моменте мы расходимся судьбами с Ленским. Я точно не хочу быть фоном, статистом, и отношу себя к людям, которые уверены в своём будущем и грядущих успехах.
Мирослава Каплина, Дудинка
Русалка, «Руслан и Людмила»
Я предполагаю, что у Пушкина была бы Русалкой, которая сидит на ветвях. Её поведение точно указывает на меня. Я считаю, что хвост — это метафора, указывающая на лень и уныние, ведь не случайно поэт посадил русалку на ветви, где она в общем-то ничего не делает, а только «соскальзывает», как это показано в одном популярном мультфильме. А грусть её — от незавидной участи девушек утопленниц, как считается в русском фольклоре.
Ариана Лисина, Норильск
Золотой петушок, «Сказка о золотом петушке»
В сказках Пушкина я, скорее всего, была бы золотым петушком, волшебной птицей, обладающей даром предвидения событий. Петушок в произведении предупреждает царя и страну о грозящей опасности. Я тоже часто предчувствую какие-то неприятности и беды. Но и что-то светлое и хорошее тоже.
Женя Воробьёва, Норильск
Мефистофель, «Сцена из Фауста»
В произведениях Александра Сергеевича я была бы Мефистофелем.
Желчный, саркастичный персонаж, циник, от которого сложно избавиться, — в этом мы схожи. Он издевается над Фаустом, не давая тому возможности от себя избавиться.
На месте беса я бы тоже с большой вероятностью не отходила даже на шаг, не давая покоя человеку, который по собственной дурости продал душу и обесценил всё, что имеет или когда-либо получит…
Софья Панченко, Норильск
Рассказчик
Я — рассказчик, безымянный герой, без которого невозможно любое произведение Пушкина. В отличие от остальных персонажей, я не идеализирован, а мои черты характера не слишком гиперболизированы. Я — путешественник, бредущий куда-то вперёд, наблюдая за людьми вокруг и подмечая мелкие детали. Зачастую меня не замечают, но я давным-давно не обращаю на это внимания.
Без меня этот мир абсолютно не изменится, я не стремлюсь к слишком высоким целям, я просто наслаждаюсь жизнью, собственным существованием и возможностью вглядеться в то, что происходит вокруг меня.
Дастан Каныжанов, Дудинка
Евгений, «Медный всадник»
Я, наверное, отчасти ассоциирую себя с Евгением из «Медного Всадника». Из-за одной важной моей черты.
При любой неудаче или проблеме, с которой не удалось справиться, я стремлюсь обвинить кого-то другого, как это делает Евгений, обвиняя Медного Всадника. Это неправильно, и мне нужно с этим бороться.
И я так же тяжело переживаю потерю дорогих мне людей…
Дарья Мерзлякова, Норильск
Татьяна Ларина
Из героев Пушкина я, конечно, была бы Татьяной Лариной.
Я чувственная, меня переполняют эмоции, я очень сильно люблю мечтать, создавать какие-то сюжеты в голове. Как любой девочке, мне хочется романтики… И я очень искренняя в своих чувствах!
Правда, в отличие от Татьяны, я не особо верю в приметы, сны, гадания, но во что-то потусторонние верю определённо.
Диана Жилина, Норильск
Татьяна Ларина
Знаете, мы недавно читали роман «Евгений Онегин», и я поняла, что я в точности Татьяна Ларина. Глупая мечтательница, которая выдумала для себя образ идеального Евгения и влюбилась. Без страха призналась в любви, но открылась она не тому! Это письмо, отчаянный крик души, предназначалось для того, кого никогда не существовало!
Она (как и я) фантазерка, любила читать книги и в особенности романы. Таня была скрытной и мрачной в рассказах других, хотя на самом деле она была простой девочкой с мечтой.
Прошло много лет после её признания. Она вышла замуж, стала знатной дамой. Но, встретив его, она потерялась, возможно даже испугалась. Ведь не каждый день увидишь свою «первую любовь». Таня рыдала над письмом Онегина. Думаете, от безысходности? Я считаю, что нет. Ведь она уже замужем. Мне кажется, она плакала над разбитой мечтой, которой не суждено сбыться.
Почему я считаю, что я похожа на Татьяну Ларину? Знаете, я слышала много сплетен за своей спиной и какой же я была в этих рассказах? Мрачной, грустной, депрессивной. А ведь я не такая! Я так же, как юная Таня, читаю много книг. И, к большому сожалению, так же, как она, создала себе образ героя, которого никогда не было. И влюбилась. Глупая ошибка, которая ранила другого человека…
Таня, ты дура!
И я дура…
